— Не знаю, — проворчал Джей.

— Чем бы ваша с Шарлоттой история ни закончилась, в любом случае будет лучше, если ты примешь решение на трезвую голову.

— Думаешь, еще не все потеряно? — спросил Джей, и в его глазах вспыхнула искра надежды.

— Ну, это уж вы сами решите. — Рипли отпил из бокала еще пива. — По большому счету всем нам свойственно ошибаться. Сам, бывает, выкинешь номер, особенно в отношениях с родными, любимыми, а потом места себе не находишь, стыдишься, мечтаешь все вернуть назад… — Он отвел взгляд в сторону и прищурился, словно вспомнив о каком-то из своих «номеров».

Джей едва усмирил порыв схватить его за руку и рассыпаться в благодарностях. От мучительного желания поверить в возможность воскрешения их с Шарлоттой любви его сердце рвалось на части. Рип верно сказал: ошибаться свойственно всем. Всем без исключения. Главное, чтобы тебя поняли, дали возможность исправиться…

Смогу ли я простить ее? — подумал Джей в лихорадочном волнении. Найду ли в себе силы? Как правильнее поступить? Точка ведь еще не поставлена…

— Хотя, будь я на твоем месте… — начал Рипли, но вдруг замолчал.

— Что? Что сделал бы ты, окажись на моем месте? — Джей впился в напарника горящим взглядом. Ему казалось, что от ответа Рипа зависит его жизнь, с Шарлоттой или без нее, в радости или в бесконечной тоске.

Рипли всмотрелся в лицо Джея с тревогой.

— Ты уверен, что здоров, а, дружище? У тебя глаза красные, лицо горит. Послушай моего совета: возьми отпуск, отдохни. С грабителями мы и без тебя разберемся.

Это дело будоражило всю Америку. В течение трех месяцев группа преступников — возможно, одна или же несколько — грабила то на Западе, то на Востоке страны страховые компании и банки. Злодеи проворачивали операцию за операцией настолько четко и гладко, что даже подключившиеся к расследованию специалисты из ФБР до сих пор не могли приложить ума, где преступников искать, чего от них ожидать.