Перекусив без сибаритства хлебом и шинкой, он вышел на воздух и, расстелив на бетоне спальный мешок, прилег с чашкой кофе в руке, ловя лицом лучи уходящего солнца.

Роман о Бакуле представлял великолепную возможность безответственно поиграть со средневековой готикой. Но предметность подвала и замка налагала как бы некие обязательства, и он напряженно пытался понять, в чем же эти обязательства заключаются. Однако трудовая усталость дала о себе знать, напряжение прошло, пришла дремота, и в синих тенях подступающего вечера, в золоте заходящего солнца ему привиделся сон.

Он бежал по лесу, не этому, синему лесу, а багряному, желтому и красному. Рядом с ним бежал то ли маленький олень, то ли лань. Внезапно животное превратилось в нагую девушку с роскошными волосами цвета ржавчины, ее волосы взлетали, как дым, при каждом прыжке и вдруг унеслись прочь, обнажив череп. Но девушка ничего не заметила, ее лицо продолжало оставаться безмятежным и красивым. Потом она ускорила свой бег, обогнала его и скрылась в осенних кустах. Перед тем, как она исчезла, он явственно рассмотрел на ее спине красную букву “А” в красном круге.

Проснувшись в сумерках, он вяло подивился тому, что эротический по сути сон не вызвал в нем никаких ощущений, потом скатал свой мешок и, позевывая, отправился спать - по настоящему.

Глава 5

На следующее утро он сразу почувствовал последствия вчерашнего трудового спурта - спина ощутимо побаливала, и после завтрака решил устроить себе выходной, прогулявшись в лес.

Собрав рюкзак с расчетом на основательный турпоход, он поразмыслил и приторочил к нему спальный мешок - хорошо будет полежать в полдень на полянке, но земля была уже холодной и сырой.