- Надо пить старое вино из старых подвалов. Кстати, о подвалах, - Данила убрал с лица восторженное выражение и принял озабоченное. - Здесь есть здоровенный подвал. В старину, знаешь ли, - он ухмыльнулся, - рефрижераторов не было. Поэтому в подвале хранили провизию на целый год. Ну и вино тоже, там полно осколков от старых бутылок и дубовой клепки. Но после того как старого Комарницкого выгнали, туда годами сбрасывали всякий мусор и забили почти до потолка, гады. Я хочу его вычистить, а у тебя полно времени, займись, а? Работы много и работа тяжелая, ну так я и платить буду, скажем, по 25 баксов за кубометр, идет?

- А как ты будешь считать кубометры?

- Сколько сам скажешь, столько и будет, старик.

- Ты капиталист и эксплуататор. Ты хочешь, чтобы старый интеллигент, изнуренный творческим запоем, писал для тебя роман, вычищал твои авгиевы конюшни и работал привидением - одновременно?

- У привидения - отдельная ставка, - расхохотался Данила. - А мусором ты можешь заниматься между творчеством и ради спорта, никто же не гонит тебя в шею. А если надоест, так радиотелефон у тебя под рукой, звони, если что, я найду кого-нибудь на подмену. Но имей ввиду, старик, - Данила посерьезнел, - после первого же снега на этих дорогах, куда бы ты ни ехал, все равно будешь ехать вниз. Я могу и не добраться. А если завалит как следует, так и дороги не увидишь, здесь же никто не ездит зимой.

- Да не волнуйся, все будет в порядке.

- Я не волнуюсь, в принципе, опыт у тебя есть, припасов достаточно. Но будь, все-таки, поосторожней, с лыжами особенно. И с бухлом, - Данила ухмыльнулся. - Я, конечно, понимаю, что ты запасся. Да и я припас для тебя пару литров, оч-ч-ень высококачественного дистиллята, - он многозначительно поднял палец. - Но не увлекайся. С похмелюги, когда все закончится, ты тут волком завоешь, оба мы с тобой знаем, каково оно, с бодуна. Ладно, хватит о грустном. Пошли, я тебе подвал покажу.