Хотя на самом деле Дэн ей понравился. Нет, Джоди, конечно, не заявила об этом Хилари в самый разгар проявлений женской солидарности - просто я помню, как однажды вытащила ее в субботу на футбольный матч, посмотреть, как Дэн играет. И Джоди тогда сказала, что он просто класс. Наивысшая похвала в ее устах.

Надо признать, нет... увы, не было человека сексуальнее, чем Дэн после футбольного матча. С мокрыми после душа волосами, разрумянившийся, пахнущий гелем с лимоном, пышущий здоровьем. После игры он был так утомлен и измочален, что буквально валился на меня. И это было бесподобно.

Пора бросать эту жвачку. И завязывать с воспоминаниями. Но в парикмахерской и думать-то больше не о чем, кроме как о Дэне. Чертова невеста загребла все мало-мальски приличные журналы, и мне достался прошлогодний каталог "ИКЕА", усыпанный обрезками волос.

Я начинала слегка беспокоиться за свою голову. Кожу пощипывало, на ухо капнула краска, и если ее срочно не сотрут, то я, чего доброго, обзаведусь несмываемым пятном.

Вообще-то парикмахерам не помешала бы сигнальная система на такие случаи. В кафе можно на худой конец грохнуть тарелкой по столику или позвонить в маленький колокольчик у кассы. Хм, а не помотать ли мне головой из стороны в сторону, да поэнергичнее? Или зарыдать во весь голос?

А ведь еще предстоит работать. В пятницу от меня толку не было. С похмелья, сердце разбито - все удовольствия в одном флаконе. Мы только-только получили очередной заказ от компании, выпускающей сухие завтраки. Им понадобились рекламные образцы в специальной упаковке. И работа ведь чепуховая, минут на десять. Только требовать от меня в пятницу рекламку про сухие завтраки - то же самое, что поручить мне написать "Войну и мир".

Жизнь порой бессмысленно жестока. Тошно становится при мысли, что субботний вечер я проведу на работе за компьютером, в компании уборщиц с пылесосами. Да еще автоответчик сломался. Как раз когда он так нужен! Если Дэн за последние двое суток одумался (а на это уповать уже нет смысла), он не сможет меня найти.