Эдуард обнял ее, и они лежали неподвижно. Больше не было произнесено ни слова, а через некоторое время дыхание Элен стало тихим и равномерным. Эдуард уверился, что она спит.

Он тоже закрыл глаза, и сознание погрузилось в темноту. В прошлом нередко бывало, что сон ускользал от него. В эту ночь он спал мирно, как ребенок.

Когда он проснулся утром, рядом с ним было пусто; Элен, которая приняла решение, покинула его навсегда.

ЛЬЮИС И ЭЛЕН

Лондон - Париж

1959-1960

- На днях я собираюсь на ленч в новый итальянский ресторанчик, помнишь, я говорил тебе о нем.

Пойдем, а? Компания будет потрясающая.

- Спасибо, Льюис, мне не хочется.

- У меня билеты в "Ковент-Гарден" завтра на вечер. За ними все охотятся. Поет Каллас. Я тебя приглашаю.

- Спасибо, Льюис, мне не хочется.

- А сегодня в Олбани вечеринка, нас с тобой пригласили. Между прочим, это один из знаменитых лондонских домов. Там стоит побывать.

- Нет, Льюис. В самом деле не хочется. Ежегодный бал охотников в Оксфорде. Открытие ночного клуба в Мейфэре. Джазовый мюзикл на Честерской площади, по пьесе новоявленного модного драматурга, подвизающегося в театре "Ройял корт". Завтрак в Брайтоне. Бал в Дорчестере... После долгих месяцев затворничества в Париже, потом в Риме Льюис жадно наверстывал упущенное.

- В Глендиннингской галерее вернисаж для узкого круга. Обещают шампанское. Новые работы Соренсона. Говорят, потрясающие.

- Льюис, не уговаривай. Не пойду. К тому же завтра утром я должна позировать Энн.

- Подумаешь! Скажи, что не можешь. Не было печали, черти накачали эту самую Энн. Берегись, типичная лесбиянка.

- Льюис.

- Ну ладно, может, и не лесбиянка, просто вид у нее такой. Я не выношу ее.

- Но мы ведь живем в ее доме...

- В коттеджике, тут негде повернуться. Да я едва ее знаю. Ума не приложу, на кой мы ей сдались? И я-то хорош, клюнул на эту конуру...