Олег шагает размашисто, широко. Говорит нервно и взвинченно. Рита еле за ним успевает.

- Смотри, танки. И бэтээры...

- Но я не понимаю, - беспомощно бормочет Рита. - Как ты их различаешь?

- Они в самом деле похожи...

Олег взглядывает на Риту и впервые за это утро чуть улыбается - нежно и снисходительно.

- Ах ты, дурочка! - обнимает ее за плечи. - Танк - это когда есть дуло. Понятно?

- Понятно.

У Александровского сада стоит целая танковая колонна. Крыши люков откинуты, торчат мальчишеские головы в шлемах. Танкисты "запирают" своими машинами Красную площадь., Олег подходит к первому танку.

- Ну что, ребята, в матерей стрелять будете? - резко и неожиданно спрашивает он, "Не так, не так, - в смятении думает Рита. - Тот же, с машины, сказал: "Не делайте из них врагов!" И, смягчая жесткие слова Олега, жалобно просит:

- Вы уж, мальчики, против нас не идите.

И неожиданно один из танкистов им отвечает - тихо и не очень уверенно:

- Да мы и не собираемся. Не беспокойтесь.

- Сынок, я понимаю: у вас приказ, - вмешивается в разговор стоящий рядом прямой старик с выправкой кадрового военного. - Но можно выполнять формально.

Что он имеет в виду? Непонятно. А мальчик в танке кивает.

"Невероятно: танки у Александровского... Сколько мы здесь сидели, отдыхая от Ленинки. Или просто так, у тюльпанов. Ждали друг друга, читали, целовались с мальчишками. И вдруг - танки..."

Между тем на Манежной под мелким дождем начинается митинг. Над грузовиком развевается российский флаг, на который все то и дело поглядывают, к которому еще не привыкли, и вот смотрят - не налюбуются, за него радуясь, им гордясь. Никогда Риту не трогала эта символика: флаги, гимны, гербы. Почему же теперь у нее на глазах слезы?

- С нами - депутаты России, - кричит в рупор с грузовика человек. - С нами - представители демократических партий. Где президент? Что с ним?