Женщина поняла, что он шутит, и улыбнулась той самой улыбкой, которая могла бы превратить Хэммонда в полного идиота, если он не попытается держать себя в руках.

- Честно говоря, на такой ярмарке я была последний раз подростком.

- Я тоже. Я помню, что как-то забрел на ярмарку с приятелями. Нам было лет по пятнадцать. Мы еще тогда пытались купить пиво.

- И тогда вы были на ярмарке в последний раз?

- Нет. Я был еще на одной с подружкой. Я специально повел ее в павильон ужасов, чтобы пообниматься с ней.

- И у вас получилось?

- Господь свидетель, я очень старался. Но мне всегда попадались девушки, которые... - Его голос оборвался, он почувствовал, как женщина напряглась. Наши друзья так легко не сдаются, верно?

И точно - трио морских пехотинцев стояло у края танцплощадки и самым внимательным образом наблюдало за ними, потягивая пиво.

- Что ж, если бы они так легко шли на попятный, наша национальная безопасность оказалась бы в опасности. - Хэммонд улыбнулся молодым людям, прижал женщину покрепче и провальсировал мимо них.

- Вы не обязаны меня защищать, - сказала она. - Я и сама могла бы справиться с ситуацией.

- Я в этом не сомневаюсь. Любая привлекательная женщина должна уметь отваживать нежелательных кавалеров. Но вам очень не хотелось устраивать сцену.

Она подняла на него глаза.

- Вы наблюдательны.

- Что ж, дело уже сделано, так почему бы нам не наслаждаться танцем?

- Вероятно, вы правы.

Она согласилась танцевать, но напряжение не спало. Она не оглядывалась через плечо, но Хэммонд чувствовал, что ей этого очень хочется.

И он задумался над тем, что она станет делать, когда музыка закончится. Кросс ожидал, что его вежливо, но решительно пошлют подальше. К счастью, певец исполнял длинную, слезливую балладу. Голос у него был непрофессиональный и слабенький, но он знал все слова. Что же до Хэммонда, то, с его точки зрения, чем дольше длился танец, тем лучше.