- Ее сиятельство Мария Васильевна пили только шампанское "Моэт" и "Аи", да еще мадеру, - вздохнул дворецкий. - Больше ничего не признавали-с.
- Что ж, на первый случай это даже неплохо, - подмигнул Аркадий князю. - А то я, грешным делом, испугался, что старуха по скудости претензий наливками баловалась, а я их терпеть не могу.
- Наливки тоже имеются, - степенно сказал дворецкий и принялся загибать пальцы. - Сливовая, на малине, на черной смородине, на рябине... Но лучше всех - вишневая. Княгиня ее самолично изготовляла.
- Ничего, дойдет дело и до наливок, - махнул рукой Аркадий. - В крайнем случае, я согласен и на наливку. Только без мух! А то я знаю местные обычаи. То муха в супе, то таракан в пироге...
- Зря вы так, ваша милость! - обиделся дворецкий. - Раньше наша барыня больше за границей жила, чем в имении, а по старости, когда уж кости скрутило, здесь обосновалась. Но порядки у нас навела тамошние. Не то что тараканов, мышей всех выжили.
Аркадий хлопнул дворецкого по плечу.
- Прекрасно! Теперешний твой барин тоже десять лет за границей прожил. Слышал про реку такую Амазонка? Протекает в далекой Южной Америке. Крокодилов там тьма, а еще больше арапов, местные их нигерами зовут, что значит "черный". Представляешь, кожа у них чернее дегтя. - Он передернулся. - Б-р-р! Страх господний!
Дворецкий невозмутимо посмотрел на него:
- У Господа все едины, ваша милость! Выходит, была у Него такая надобность черными их изобразить.
- А ты, братец, дипломат! - ухмыльнулся Аркадий. - Всему, видно, оправдание найдешь.
Подталкивая дворецкого в спину, он вышел из библиотеки. Григорий взял со стола массивный подсвечник с единственной зажженной свечой и осветил книжные полки и тяжелую дубовую мебель, которой была обставлена библиотека.
- О небо! - воскликнул он озадаченно, обнаружив, что большинство книг на латинском и немецком языках, изрядно попортивших ему кровь в детстве. Он перевел взгляд на стену и хмыкнул еще более удивленно, узрев портрет, вероятно, кого-то из предков княгини Завидовской, судя по одежде, жившего добрую сотню, а то и больше лет назад. - Это кто такой? - спросил он у дворецкого, вновь возникшего в библиотеке, но уже в компании двух заспанных лакеев, которые, толкаясь друг о друга, принялись накрывать стол для позднего ужина.