Дворецкий подошел ближе и, слегка прищурившись, вгляделся в портрет, мрачно взирающий на них со стены. Потом махнул рукой.

- А, это прадед княгини, князь Лисовой. Говорят, император Петр его Старым Лисом прозвал за ум и за хитрость. А потом казнил, потому что он супротив царя пошел. Сына его непутевого, цесаревича Алешку, спасти хотел от смерти... Как уж там у них получилось, никому не ведомо, но только государь император дюже осерчал, когда узнал про изменщика. - Дворецкий вздохнул и посмотрел на князя: - Головы тогда, как капусту, рубили... Вот и у него тоже в одночасье слетела.

- Да, кстати, веская причина, чтобы смотреть столь мрачно, - усмехнулся князь и обвел рукой книжные шкафы. - Неужто княгиня все это читала?

- Мне это неведомо, ваша светлость, - пожал плечами дворецкий, - она почти здесь не бывала, а вот старый князь любил около камина погреться да трубку раскурить. Он так тут и умер, вон в том кресле, - кивнул он в темный угол, где виднелось массивное кожаное кресло. - Заснул и не проснулся...

- Да-а? - протянул удивленно князь. - А княгиня случайно не в моей будущей постели скончалась?

- Нет, ваша светлость, - не дрогнув бровью, пояснил дворецкий, - ее спальня в другой половине дома и на первом этаже, а вам спальню на втором этаже приготовили, там раньше молодой князь спали, пока в Морской корпус служить не уехали.

- Ну, слава богу, а то я размечтался... - усмехнулся князь и оглянулся на портрет угрюмого предка прежней хозяйки поместья. - Надеюсь, привидений здесь не водится?

- А это уж как везде, - вздохнул удрученно дворецкий, - вот в прошлом годе, по осени у нас на конюшне кузнец удавился по причине несчастной любви.