- У меня есть только один дом - дом моего дяди, - тихо отозвалась она.

Леон поглаживал ее пальцы, будто это помогало ему думать. Она хотела было вырвать руку, но не стала этого делать, поддавшись странному ощущению спокойствия.

- Может быть, - продолжила она, - может быть, ничего и не случится, если я поеду домой? Я скажу им, что нервы тут ни при чем, что я просто не люблю Микеле. Возможно, они меня послушают. Уверена, дядя хочет мне добра.

- Ага, - недоверчиво буркнул он. Джулия гневно посмотрела на него.

- Да кто вы такой и почему позволяете себе судить о моей семье? требовательно спросила она.

- Ну, скажем, я - заинтересованный наблюдатель, - наконец отозвался он.

- Наблюдатель? - повторила Джулия. - Как, говорите, ваше имя?

- Леон Дюбуа - Дюбуа! - прервала его Джулия, вырывая руку и гневно уставившись на него. - Леон Дюбуа. Теперь я знаю! Вы... - Она попыталась придумать подходящее обидное слово, но не смогла. - Вы тот тип, который написал книгу о Микеле и его семье. И все это ложь!

А вы заработали миллионы, очернив его семью, вы...

- Во-первых, все, что я написал, правда.

Микеле Ансельмини сейчас лишь на шаг опережает полицию и на два шага очень длительное тюремное заключение. Во-вторых, я честно заработал деньги за книгу. В отличие от состояния, которое сколотила его семья, занимаясь вымогательством, грабежом и получая взятки последние тридцать лет.

У нее открылся рот от изумления.

- Ложь, - прошептала она.

- Ну что же. - Он пожал плечами. - Если это ложь, то брошенный вами жених - просто ловко замаскировавшийся святой. Ну и что мы теперь будем делать?

Она рывком распахнула дверь.

- Я отправляюсь домой. - И глаза ее наполнились слезами.

- И выйдете замуж за Микеле? - тихо спросил Леон.

Рука ее замерла на ручке дверцы.

- А что еще делать? Мне некуда идти.

У меня никого нет, кроме моей семьи. - Она подавила рыдание. - Может быть, Микеле не так и плох.