- Помнится, в этом доме было четыре спальни, - сказал он. - Наверняка одна из них свободна, и я мог бы занять ее!

Брианна обернулась и молча окинула его долгим взглядом, будто хотела дать ему время понять, что не намерена менять свое решение. Она относилась к нему как к гостю, который проездом заглянул к ней, переночевал и уехал. Точнее, как к незваному гостю.

Тайлер кивком головы показал на коридор, который вел в ванную и комнату рядом:

- Как насчет спальни внизу? Она раздраженно сунула руки в карманы халата.

- Там теперь стоит моя швейная машинка.

- А комнаты наверху?

- В хозяйской спальне сплю я, а в твоей бывшей спальне - мой сын, сказала Брианна.

"Мой" сын. Сын ее и Бойда, подумал Тайлер.

Он не ожидал, что это сообщение, произнесенное тихим голосом, отзовется в его душе такой острой болью, и сгладил неожиданную зависть изрядной долей сарказма:

- Такое впечатление, что в доме произошла революция!

- Чему ты удивляешься, Тайлер? - усмехнулась она. - Ты был в бегах целых девять лет!

Несмотря на гневно вскинутый подбородок, ее глаза блестели от слез.

Всему виной запутанное прошлое, из-за которого их отношения неизбежно станут натянутыми. Его чувства к этой женщине, казавшиеся давно забытыми, всколыхнулись, едва он увидел ее. Ему не стоит портить с ней отношения. Тем более что он намерен жить здесь, заниматься своими лошадьми.

Вдохновленный радужными перспективами, он выбросил старые обиды из головы и сказал примирительным тоном:

- Осталась еще одна комната. Она свободна или в ней спит твой второй ребенок?

- Нет, это комната для гостей.

- Прекрасно! - Он схватил сумку и шляпу, намереваясь идти в свободную комнату. Но она не шелохнулась.

- Там стоит маленькая кровать. Она тебе будет узка - у тебя плечи вон какие широкие!

- Я попробую. Все же это удобнее, чем кушетка.

Она покраснела, и Тайлер заметил, как ямочка над ключицами начала судорожно биться. Но ее взгляд оставался по-прежнему холодным и неприветливым.