- Нет, - признался Артур, - Но теперь, когда мне уже исполнилось шесть лет, наверное, я могу это делать. Ты согласен со мной?

При других обстоятельствах Уинн улыбнулась бы, услышав эту странную смесь детского лепета со взрослой рассудительностью, что было очень типично для Артура. А так она оставалась неподвижной, словно каменное изваяние, поджидая, пока эти двое подъедут поближе и попадут в поле ее зрения, обещая себе, когда Артур вернется домой, всы-пать ему как следует.

- Полагаю, шесть лет - это еще слишком мало, чтобы одному бродить по лесу, - ответил незнакомец мальчику. - Отец с матерью, наверное, с ума сходят от беспокойства. Как ты думаешь, что они скажут, когда я привезу тебя домой?

Значит, он намеревался привезти Артура домой! Уинн уловила только это. Именно эти слова она и хотела услышать. Она вышла из укрытия и пошла на голос.

- Моя настоящая мама умерла. А отца у меня нет, - деловито рассказывал Артур. - Вообще-то у меня было двое отцов, но ни один из них не захотел держать меня у себя. Я понял это из рассказов жителей деревни.

- Артур! - Уинн преградила путь всаднику на высокой лошади. Она была столь же огорошена спокойными откровениями Артура, как и всадник - ее внезапным появлением. Но в этой ситуации она решила действовать напролом, а с Артуром и его рассказами о родителях разобраться в другой раз. - Артур, где ты был? Я везде тебя искала, - сказала Уинн, упершись кулаками в бока. Затем она взглянула на незнакомца, послав ему улыбку, которая, как она надеялась, могла сойти за благодарную. - Спасибо, что нашли его. Простите, если он доставил вам беспокойство, я сейчас же освобожу вас от этой обузы.

Их взгляды встретились, и она не смогла отвести глаз. Она увидела, что у него темные глаза, но гораздо светлее, чем у ее народа, - теплые, карие глаза - правда, сейчас они были непроницаемо матовыми, словно он специально спрятал свои мысли и чувства от всех любопытных.