- Я отвечаю за вас!
- За кого - за нас? - удивилась я.
- За тебя и за нашего ребенка. Каким путем я стану доставать деньги, это мое дело, но деньги у нас будут. И учиться ты сможешь.
- А ты? - я все ещё не могла решиться. Так ли уж не права была моя мама, говоря о том, что ребенок свяжет нас по рукам и ногам?
- Ты закончишь институт, а потом я поступлю.
Ну, раз так ставится вопрос... Я тоже хотела, чтобы у нас был ребенок. Сын. Вылитый Темка.
- А я хочу дочь - копия ты! - спорил он.
Смешно сказать, мы пререкались, не подозревая, что я ношу в себе двойню: сына - в Артема, и дочь - в меня. То есть, это, конечно, шутка. Дети получились как ассорти: взяли чего-то от меня, чего-то от Артема, чего-то от дедушек-бабушек.
Артем пересел на фуру и стал именоваться на шоферском жаргоне дальнобойщиком. То есть, стал возить грузы на большие расстояния и порой задерживаться в рейсах до двух недель. Зато у нас теперь всегда были деньги, в этом он оказался прав.
Я вспомнила, как мы поженились.
Как полагается, Артем пришел просить у родителей моей руки. Предвидя, какой прием может оказать мама моему любимому, я целую неделю проводила с нею разъяснительную работу. С некоторых пор она поверила в мою очумелость от любви и верила в то, что от её прежде тихой и покорной дочери теперь можно ожидать чего угодно.
- Учти! - заявила я. - Если ты обидишь Артема, - а мы все равно поженимся, - я никогда не приду сюда. Слышишь, никогда!
- Как ты говоришь про родительский дом - сюда, - горько сказала мама. - Я только хотела, чтобы тебе было лучше.
- Позволь мне самой решать, что для меня лучше.
- Предпочитаешь учиться на своих ошибках? - мама любила, чтобы последнее слово всегда оставалось за нею. - Не говори потом, что я тебя не предупреждала!
Когда пришел Артем, одетый с иголочки, его встретили с такой помпой, что будь он поглупее, возгордился бы. Стол был накрыт, как на дипломатическом приеме. Мама не пожалела выставить самый дорогой хрусталь. Даже распаковала японский сервиз, который стоял на антресолях ещё с тех пор, как они с папой молодыми работали в Алжире и до того времени ни разу не использовался. Ножи-вилки были серебряные. Даже я слегка оробела, каково же было Артему!