- Думаю, пока вам хватит Белочкиной комнаты, - как само собой разумеющееся сообщила будущая теща, - а когда родится ребенок, мы сможет поменяться с вами спальнями...

- Вы зря волнуетесь, Галина Аркадьевна, - Артем еле успел протиснуться сквозь частокол маминых рассуждений. - Насчет обмена комнатами. Это будет не очень честно, если мы станем стеснять вас, а тем более, выгонять из собственной спальни. Дело в том, что сегодня я ходил к начальнику автоколонны и он обещал мне комнату в малосемейке.

- Это общежитие? - задавленно пискнула мама.

- Малосемейное общежитие, - кивнул Артем.

В те времена на дорогах уже начали пошаливать крутые ребятишки, и дирекция автопарка несла огромные убытки. То одну машину с грузом, то другую останавливали вооруженные грабители, забирали товар, выгружая его на своих складах. Шоферов попросту выкидывали из машины. Потом машину находили зачастую в сотне-другой от места, где совершалось преступление, как говорится, разутую-раздетую.

Через год-другой стали забирать и машины, когда резко подскочили цены на фуры...

Шоферы шептались между собой, что некоторые из таких нападений и грабежей подстраивали сами водители. Сдавали товар налево по дешевке и инсценировали ограбление. Было так на самом деле, нет ли, но слухи ходили. Я тоже была в курсе их, потому что к нам в гости частенько заглядывали кто-нибудь из Темкиных коллег.

А вот с Артемом такого не случалось. Он в юности занимался рукопашным боем, форму поддерживал и теперь, и своими бицепсами производил впечатление. В минуты опасности он никогда не отступал. Коллеги посмеивались, что если кто-то пытался на него наезжать, глаза у Решетняка становились красными, как у быка, и он лез напролом, невзирая на превосходящие силы противника.