- Извини, я не хотел тебя обидеть, - с напускной кротостью проговорил Фредди. - Просто мне хотелось бы напомнить тебе, что тем, кто хорошо себя ведет, воздается сторицей.

Люсинда немного помолчала.

- Как я понимаю, эта рваная резинка Сэм прибежал к тебе жаловаться, проговорила она наконец.

- Ты совершенно права, дорогая, - ответил Фредди уже совсем другим, деловым тоном. - Он рассказывает удивительные вещи. Ты будто бы наотрез отказалась играть в новом фильме с Кевином Пейджем. Это так?

- Да, - коротко ответила Люсинда, и Фредди пришлось сделать над собой усилие, чтобы справиться с раздражением. Профессиональный агент просто обязан уметь сохранять спокойствие при любых обстоятельствах, иначе он переставал быть агентом - успешным агентом.

- Почему? - спросил он, притворяясь удивленным. - Почему ты отказываешься от контракта, когда дело уже на мази, а двадцать миллионов долларов фактически у тебя в кармане?

- Потому что Кевин Пейдж для меня слишком молод, - резко ответила Люсинда. - Он совсем еще мальчишка. Рядом с ним я буду выглядеть старухой, а мне этого совсем не хочется.

Фредди снова сдержался, хотя на языке у него вертелось крепкое словцо, которого Люсинда несомненно заслуживала.

- Я говорил тебе еще три недели назад - и это есть в твоем контракте, - что студия наймет любого оператора, любого визажиста, на какого ты укажешь, - сказал он. - Ты будешь выглядеть на сколько сама захочешь - на восемнадцать, на двадцать, на двадцать пять.

- Но мне уже почти сорок, - едко ответила Люсинда. - И все об этом знают. Именно поэтому у меня нет никакого желания выглядеть на восемнадцать, особенно если рядом будет этот сопляк, которому действительно восемнадцать или что-то около того.

На самом деле Люсинде было почти сорок пять, и Фредди знал об этом.

- О'кей, - сказал он спокойно. - Но ведь ты - профессиональная актриса, Люс. Мне казалось, что такие вещи не должны тебя волновать.