Всунув ноги в шелковые шлепанцы, Меган взяла с туалетного столика щетку с золотой ручкой и стала задумчиво расчесывать волосы. Милли же, пытаясь поторопить свою госпожу, начала прибирать комнату.

Вскоре с уборкой было покончено, теперь оставалось только переодеться к завтраку. Но Меган, к искреннему огорчению служанки, не спешила.

- Ах Мисси! - Нервничая, Милли частенько называла Меган ее детским именем. - Вам стоит немного поторопиться. Его светлость сегодня не в настроении шутить. - Она подтолкнула девушку к двери.

- Вздор, Милли! - Меган помедлила перед зеркалом, чтобы поправить пояс на халате. - Уверяю тебя, что я уже привыкла к переменам настроения отца. Что огорчило его на этот раз? Слуга опять положил в чай слишком много сахара?

- Если бы все было так просто, Мисси. Что-то говорит мне, что сегодня на дом Бэнбриджей обрушилось гораздо большее несчастье, - мрачно заявила Милли.

Меган ждала продолжения, но служанка вдруг замолчала.

- И что же это за несчастье такое?

Меган нахмурилась. Милли всегда заботилась о ней, и она нежно любила ее за это. Но иногда, когда Милли начинала ходить вокруг да около, не говоря о главном, Меган хотелось ее как следует встряхнуть.

Милли уже открыла рот, но ответа так и не последовало, поскольку в это время в дверь громко постучали.

- , Меган! - раздался из коридора громкий окрик отца.

- Да, папа. - Не дожидаясь, пока Милли откроет дверь, она подбежала и распахнула ее сама.

- Ты собираешься спуститься к завтраку, или мне приказать слугам убрать еду, потому что ты решила проваляться в теплой постельке целый день? - Мистер Бэнбридж мрачно уставился на дочь.

Ошеломленная яростью, прозвучавшей в голосе отца, Меган взглянула в его горящие черные глаза.

Раньше в подобном настроении она видела лорда Томаса только однажды, но человек, который был тому причиной, теперь находился в юдоли вечного покоя - так он поплатился за то, что пошел против Бэнбриджа-старшего. Меган судорожно попыталась вспомнить, не могла ли она случайно сделать что-то такое, что послужило причиной этой вспышки гнева, но ей ничего не пришло на ум.