- Вы льстите мне, сэр! - Селеста опустила ресницы и улыбнулась Лавинии. - Говард пытался обучить меня искусству гипноза, но, боюсь, у меня нет призвания к науке.

Она приняла от хозяйки чашку.

- Насколько я поняла, мой муж был добрым другом ваших родителей?

- Совершенно верно. - Тень грусти легла на лицо Лавинии. - В прежние времена он был частым гостем в нашем доме. Мои родители не только питали к нему исключительную симпатию, но и называли себя его величайшими почитателями. Отец не раз говаривал, что Говард - самый талантливый гипнотизер, которого он когда-либо видел.

- О, я считаю это незаслуженным комплиментом, - скромно ответствовал Говард. - Ваши родители тоже были весьма опытными в этом искусстве. Я часто и с восхищением наблюдал за их работой. Стиль каждого был уникален, но оба достигали поразительных результатов.

- Мой муж сказал, что ваши родители погибли при кораблекрушении десять лет назад, - промурлыкала Селеста. - И что в том же году вы потеряли своего супруга. Должно быть, это время было чрезвычайно трудным для вас.

- Да, - кивнула Лавиния, наливая еще две чашки. - Но шесть лет назад ко мне переехала моя племянница Эмелин, и мы прекрасно поладили. Жаль, что вы ее не застали. Она с друзьями поехала на лекцию о римских памятниках и фонтанах.

Селеста мгновенно изобразила на лице вежливое участие.

- Вы и ваша племянница одни во всем мире?

- Я не считаю себя одинокой, - сухо ответила Лавиния. - Мы есть друг у друга, и этого достаточно.

- Тем не менее вас только двое. Две женщины без родных и родственников. - Селеста украдкой метнула взгляд на Тобиаса. - По моему опыту, остаться без поддержки и совета мужчины, на которые всегда можно положиться, - огромное несчастье для женщины. Ей самой приходится нести груз житейских забот.