Августа решила, что другого выбора у нее нет: придется пойти на исключительную наглость. Она заставила себя лучезарно улыбнуться и, обратив лицо вверх, с легким удивлением взглянула на Грейстоуна:

- О, добрый вечер, милорд! Вот уж не ожидала, что в столь поздний час кто-то еще заглянет в библиотеку. А я здесь просто ищу... свою шпильку. Я ее нечаянно обронила.

- Какая-то шпилька в замке одного из ящиков...

Августе снова удалось изобразить удивление. Она резво вскочила на ноги:

- Господи, ну конечно! Вот же она! И как только она умудрилась туда лопасть! Благодарю вас. -Дрожащими пальцами она вытащила шпильку... и как ни в чем не бывало сунула в карман своего ситцевого халатика. - Я спустилась сюда за какой-нибудь книжкой, потому что никак не могла уснуть. И вот пожалуйста: такая досадная оплошность - потеряла шпильку!

Грейстоун при бледном свете свечи неторопливо рассматривал ее весело улыбающееся лицо.

- Я весьма удивлен, мисс Баллинджер, что вы никак не могли уснуть. Вы сегодня, по-моему, двигались более чем достаточно. Днем вы участвовали в состязаниях для дам по стрельбе из лука, затем - в длительной прогулке к старинным римским развалинам, а потом - в пикнике. И после всего вечером вы еще чрезвычайно много танцевали и играли в вист. Можно предположить, что после столь бурного дня вы должны просто с ног валиться.

- Да, разумеется, вы правы. Но, наверное, виноваты незнакомая комната и постель... Вы знаете, милорд, как иной раз бывает, когда ложишься в чужую кровать?

Его холодные серые глаза, напоминавшие Августе покрытое льдами зимнее море, странно блеснули.