- Ваш сын, милорд. Леди Агнес хочет знать, как вы его назовете. Лицо Патрика расплылось в широкой улыбке, и он, подойдя, заглянул в крохотное сморщенное личико:

- Адам. Передай ей, что я назвал его Адамом, потому что он у меня первый!

Служанка присела в реверансе и скрылась за дверью. Иан Лесли тем временем, наклонив голову, хитро взглянул на кузена:

- Первый, говорить? А как же малышка Джанет?

- Адам - мой первый сын и законный наследник, олух! Патрик шутливо замахнулся па кузена. Тот, хохоча, увернулся от удара:

- Советую тебе не откладывая послать гонца в семью Агнес. Если не хочешь, чтобы сюда приехала сама леди Каммингс и села тебе на шею. Потом ведь от нее не отвяжешься.

Патрик согласно кивнул. Они уже повернулись, чтобы уйти, как вдруг дверь спальни распахнулась и на пороге опять появилась служанка:

- Леди Агнес.., леди Агнесс...

Патрик схватил ее за плечи и встряхнул:

- Что?! Что такое?!

- Кровь... - дрожащим голосом пролепетала та. - Столько крови! О Святая Богородица, сжалься над ней!

Она зарыдала и, вырвавшись от Патрика, убежала из комнаты. Патрик Лесли в два шага оказался у двери в спальню и распахнул ее. Перед ним тут же возникла повитуха:

- Отходит, милорд. Я не могу ничего сделать.

- Что?! - пробормотал он потрясение. - Черт возьми, что происходит?!

- У вашей супруги открылось кровотечение, остановить которое нет возможности, милорд. Поторопитесь, ей теперь немного осталось... - расстроено проговорила повитуха. Она симпатизировала лорду Гленкирку и считала его красавицу жену смелой женщиной.

Отстранив ее, Патрик приблизился к постели жены. Агнес Лесли лежала спокойно, будто спала. Светлые волосы разметались по подушке, страшная бледность разлилась по лицу, глаза были закрыты, трепетные веки просвечивали, и Патрик видел сквозь кожу тонкие темные вены. Он наклонился и поцеловал жену в лоб: