И как ни пытался он представить в своем клубе, что все состояние нажито его трудом, Джесс знала, что это не так.

Она нажала на ручку двери и вошла в ванную.

- Чарльз!

Он лежал на спине в огромной ванной, вытянувшись во весь свой внушительный рост. Голова покоилась на виниловой подушке, светлые влажные волосы прилипли ко лбу. "Он выглядит не старше двадцати пяти, хотя ему сорок три", - подумала она.

Он открыл глаза.

- Надеюсь, ты пришла сюда не с пустяками? Я медитирую, а ты меня отрываешь.

Джесс подавила негодование. Он умел так поддеть, что она чувствовала себя в его присутствии растерянной.

- Мне нужно с тобой поговорить, Чарльз, - сказала она.

Он, тяжело вздохнув, сел, при этом вода выплеснулась на черный мраморный пол.

- Ну что? - требовательным голосом спросил он.

Чарльз никогда не разговаривал нормальным тоном, он требовал ответа.

Джесс проглотила стоявший в горле комок. Внезапно припомнились слова Мауры: "Только бы папа не возненавидел меня, мамочка!" "Господи, взмолилась она, - помоги мне найти нужные слова!"

- Это касается Мауры.

Чарльз фыркнул и принялся намыливать руки.

- А я думал, ты пришла потереть мне спину.

Джесс поглядела на его руки - на них вздувались и лопались мыльные пузырьки.

- Так в чем же дело? - спросил он. - Парень, с которым она встречалась, ее бросил?

Он взял мочалку и принялся смывать мыло с рук. "Господи, - подумала Джесс, - ну почему он не может мыться по-человечески, как все нормальные люди?"

- Нет, Майкл ее не бросил, - сдержанно ответила она.

- Тогда, наверное, он в субботу работает, и Мауре не с кем пойти на студенческий бал?

Джесс стиснула зубы.