Артемис задернул занавеску и взялся за ручку дверцы.

- Сидите здесь. Я сейчас приду.

Она вдруг устремилась вперед со своего сиденья:

- Куда вы?

- Успокойтесь, миссис Деверидж. Я не убегу, только справки наведу и вернусь.

Он легко спрыгнул на землю и захлопнул дверцу кареты. Она смотрела ему вслед, раздраженная и ошеломленная быстротой, с которой он взял инициативу в свои руки.

Несколькими ловкими движениями Артемис поправил пальто и шляпу. Мэделин была поражена результатом: он стал неузнаваем.

Перестав быть джентльменом, только что вышедшим из клуба, он тем не менее сохранил прежнюю уверенную точность движений, хорошо знакомую Мэделин. Его поступь так сильно напоминала походку Ренвика, что ее передернуло. Эти плавные, вкрадчивые движения навсегда связались в ее сознании с повадками опытных мастеров боевых искусств ванза.

"Может, я совершила серьезную ошибку, обратившись к этому человеку? вновь подумала Мэделин. - Прекрати! - осадила она себя. - Сегодня вечером, отправляя записку в его клуб, ты отлично знала, на что идешь. Ты хотела его помощи и получила ее. Вот только каким боком это тебе выйдет, неизвестно".

Хорошо хоть, что внешне Хант совершенно не похож на ее покойного мужа. Это почему-то успокаивало. Голубоглазый, златовласый, с романтически красивыми чертами лица, Ренвик казался пародией на ангелов с картин великих художников.

Хант же, напротив, вполне мог позировать в качестве дьявола.

И дело было не только в темных, почти черных волосах, зеленых глазах и волевом аскетическом лице. От его холодного, проницательного взгляда по спине Мэделин бегали мурашки. Этот человек исследовал земные пространства ада. В отличие от Ренвика, который с легкостью волшебника очаровывал всех и каждого, Хант выглядел таким же опасным, каким, безусловно, и являлся на самом деле.