Дадли кипел от гнева. Гарри был на седьмом небе от счастья; ему казалось, что он выместил на нем всю злость.

Они свернули направо и пошли вниз по аллее, где Гарри впервые встретился со своим крестным, это была дорога между переулком Магнолий и улицей Вистэриа. Улица была пустой и темной, вокруг не было ни одного уличного фонаря. Когда они шли между гаражами и высокой изгородью, их шагов совсем не было слышно.

— Думаешь, я не знаю, что она у тебя? — спросил Дадли.

— Кто — она?

— Та…та вещь, которую ты прячешь.

— А ты не такой уж и тупица, каким кажешься. Я и не подозревал, что ты можешь идти и говорить одновременно. — Гарри улыбнулся.

Гарри вытащил палочку. Глазки Дадли забегали в испуге.

— Т-ты…Ты не можешь её применять… — забормотал он. — Тебя тогда исключат из твоей идиотской школы…

— Ты не в курсе, Большой Дэдди? Они давно уже сменили правила.

— Они не могли сменить… — голос Дадли дрожал.

Гарри рассмеялся.

— Да ты не сможешь ничего со мной сделать без этой твоей….

— Да ты тоже ничего не можешь без этих четырех громил. И без своего запугивающего титула чемпиона по боксу. Сколько лет было последней жертве — семь? Восемь?

— Если хочешь знать, ему было шестнадцать! — заверещал Дадли. — И он был вдвое сильнее тебя! А папе я расскажу про то, что ты таскаешь с собой эту вещь…

— Бежишь к папочке? Чемпион мира по боксу испугался Гарри с его палочкой, ха-ха!

— Ночью ты не такой смелый!

— А сейчас что, не ночь? Ночь, Дадлик, это как раз когда темнеет вокруг и появляются звезды, если не знаешь.

— Я имею в виду, когда ты спишь ночью! — выпалил Дадли.

Они остановились. Гарри уставился на братца. Довольная улыбка расползлась по всему его необъятному лицу.