Такое трудно представить. Уэй, не служащий в Конгрессе? Уэй проигравший? При этой мысли она испытала смешанное чувство вины и удовольствия.

И тут ее улыбка застыла на лице, и дыхание как будто замерло в груди. Потому что на правом конце стола, почтительно глядя на брата, сидел Корд Уэй собственной персоной!

Она еле слышно охнула. Корд Уэй вернулся? Страх пронзил ее, расползся, вырос и затмил все остальные ощущения и чувства. Возвращение Корда Уэя вело к такому развитию событий, об ужасных последствиях которых она не позволяла себе даже думать на протяжении последних шести лет.

Она испытующе вглядывалась в Корда, сидевшего в другом конце танцевального зала. Кровь стучала у нее в ушах, во рту пересохло. Хотя он сидел, она смогла разглядеть его рубашку в полоску, костюм и консервативный /галстук. Волосы у него теперь были короткими, к тому же он носил очки. У него не было того хвостика, который делал его не похожим на Уэев, не было ни джинсов в обтяжку, ни футболки.

Его облик той ночью, когда он сказал ей, что покидает Уэйзборо, живо промелькнул перед ее мысленным взором, накладываясь на эту новую, сиюминутную версию Корда Уэя.

Эшлин была в ужасе. Словно в результате колдовства был вызван дьявол, который появился, трансформировавшись, в более могущественном виде.

- Уйдем отсюда, - прошептала она охрипшим голосом Этану.

Он, казалось, не слышал. Он словно прирос к своему месту, вглядываясь в противоположный конец главного стола. Глаза Эшлин последовали за его взглядом.

- Это Камилла Уэй, мать Уатта, - прошептала она. - И ее дочь Холли.

- Холли, - повторил Этан.

- Она сестра Стаффорда и Корда. И Уатта. Единственная внучка старого Дейланда Уэя. - Глаза Эшлин неотрывно были устремлены на Корда, пока она пересказывала давно известные всем коренным жителям Уэйзборо факты. Она осознавала, что бормочет почти вслух, но не могла остановиться. - Ни Холли, ни Корд не живут больше в Уэйзборо, что достаточно необычно для Уэев. Подобно тому, как если бы королева Англии решила жить в Бразилии.