Уатт закончил свою речь и сел. Прозвучали вежливые, но вялые аплодисменты из публики, но они стали заметно более энергичными, когда Камилла Уэй поднялась со своего места и направилась к сыну.

Эшлин посмотрела на мать Корда - так шикарно и безупречно одетую, все еще излучавшую красоту в свои шестьдесят с небольшим. Камилла была бабушкой Дэйзи, ее единственной живой бабушкой. У Эшлин никогда не было бабушки, и при этой мысли боль пронзила ее сердце. Уэев ужаснет их связь, пусть и мимолетная, с родом Монро. Камилла Уэй, скорее, предпочла бы состоять в родственных отношениях с инопланетянами. С нее было достаточно.

- Здесь слишком жарко, - прошептала Эшлин, начиная медленно пробираться к двери. - У меня начинается головная боль. Я, я... ухожу.

Кровь стучала у нее в висках. Одного вида Корда Уэя было достаточно, чтобы вызвать мигрень.

Она не стала ждать Этана и выскользнула из танцевального зала. Ее лицо горело, в животе урчало. Она помнила, что в конце этого извилистого коридора, если повернуть налево, был фонтанчик с питьевой водой, и помчалась на его поиски.

Когда она нашла его, то сделала большой глоток, а затем побрызгала в лицо водой. Ледяная влага привела ее в чувство. И она начала один из тех оживленных разговоров с собой, которые поддерживали ее бодрость духа. Итак, Корд в городе - ну и что? Он не может пробыть тут долго. Разве она не слышала, что он приобрел большой курорт на Западе Америки? Разве он не заявил недвусмысленно, что намеревается остаться там? Насколько она знала, он вернулся в Уэйзборо впервые за последние шесть лет, и непохоже, что он будет искать Рэйлин ради того, чтобы вспомнить о старых временах. И он был одет вовсе не для бара "Прибрежный". Он, скорее всего, уедет, не увидев Дэйзи и не услышав о ней. Все, что ей надо делать, это держаться от него подальше. А это будет легко. Не похоже, чтобы тропинки Монро и Уэев пересеклись сами собой.