Все засмеялись, и Марина (уяснив момент) улыбнулась.

- А это моя маленькая подружка, визажистка, ввожу в свет.

Хачик сказал, что за такой чудный цветок надо выпить. И до дна.

Когда на Наташу вообще не глядели, - было плохо, - но сейчас стало ещё хуже: её рассматривали, улыбались снисходительно, поднимая бокалы, как бы ей покровительствовали. Единственно, что было в этом положительное, - что Шурик наконец оторвался от своих именитых соседей и взглянул на Наташу, как бы наново оценивая её.

Было в этом тоже что-то неприятное: будто раньше он её никогда не видел.

Марина включила магнитофон и начались танцы.

Шурик сразу же пригласил свою соседку Алену, и они поплыли в медленном танце ( Наташа вдруг вспомнила Маринины слова: медленные танцы сексуальны...), а к ней неожиданно подкатился Хачик.

Марина осталась одна за столом..

Мгновенное выражение (которое она так же мгновенно сняла) горечи сменилось любезным и снисходительным выражением лица настоящей хозяйки, которая устала за день, утомилась от внимания к гостям и теперь с удовольствием, вытянув красивые ноги в модерновых туфлях, сидит, покуривает и тихо, радостно отдыхает (якобы). Не дай, мол, Бог, кто вздумал бы пригласить, - на ноги не поднимется...

Хачик, подпирая толстым животом тоненькую Наташу, затеял с ней беседу. И потом вдруг сказал ей (сделав, видимо, какой-то свой вывод).

- Заканчивайте, миленькая моя, свой техникум, и я вас так устрою работать, что все обзавидуются. Вы - то, что надо, - ещё добавил он и чуть похлопал её по спине.

Наташа сначала боялась, но никаких сексуальных моментов в Ха - чике не заметив, несказанно обрадовалась.

Пару раз Шурик внимательно посмотрел в сторону Ната - ши и Хачика, и в глазах у него мелькнуло что-то вроде беспокойства. Это тоже обрадовало Наташу.

Но Марина сидела в стороне, как бы никому не нужная.