Совсем в другом месте, над грязной речушкой, с трудом пробиравшейся меж заросших и замусоренных берегов, висел тот же ледяной туман, что льнул к окнам кабинета премьер-министра. Поодаль высился громадный мельничный остов, темный и зловещий. Вокруг не раздавалось ни звука, только шелестела черная вода, и не было ни души. Пейзаж оживляла лишь тощая лисица — она кралась к берегу, чтобы сунуть нос в старый пакет из-под рыбы с жареной картошкой.

Вдруг раздался тихий хлопок, и на речном берегу возникла стройная фигура в плаще с капюшоном. Лиса настороженно замерла, внимательно изучая это неожиданное и странное явление. Фигура пару мгновений постояла, собираясь с мыслями, а потом зашагала куда-то легкой, решительной походкой. Длинный плащ зашуршал по траве.

Тут раздался хлопок погромче, и в воздухе материализовалась вторая фигура.

— Постой!

Хриплый окрик вспугнул лисицу, которая пряталась в зарослях, почти распластавшись по земле. Она выпрыгнула из укрытия и метнулась прочь от берега. Полыхнуло зеленым, раздался визг, и лиса упала замертво.

Вторая фигура перевернула животное носком ботинка.

— Всего-навсего лиса, — послышался из-под капюшона равнодушный женский голос. — Я-то думала, аврор… Цисса, подожди!

Но объект ее преследования, оглянувшись было на вспышку, уже карабкался вверх по склону там, откуда только что свалилась лисица.

— Цисса! Нарцисса! Послушай…

Вторая женщина настигла первую и схватила за руку, но та с силой ее вырвала.

— Возвращайся, Белла!

— Ты должна меня выслушать!

— Я уже выслушала. И приняла решение. Оставь меня!

Женщина по имени Нарцисса добралась до старых перил, ограждавших от реки узкую мощеную улочку. Вторая женщина, Белла, поднялась вслед за ней. Они стояли в темноте бок о бок и смотрели на бесконечные ряды обветшалых кирпичных домишек с темными, подслеповатыми окнами.