Он обнял ее, щека Бэннер оказалась на его груди, и было слышно, как быстро бьется его сердце, так же быстро, как и ее.

- Осталось только пять ночей, и нам уже не придется расставаться. Мы скажем друг другу "спокойной ночи" в нашей собственной постели.

Грейди застонал:

- Бэннер, дорогая, не говори так.

- Почему? - Она подняла голову и посмотрела на него. Он убрал с ее щеки выбившуюся прядь волос.

- Потому что от таких слов я хочу тебя еще сильнее.

- Правда? - Зачем притворяться, будто она не понимает, чего именно он хочет. Бэннер выросла на ранчо, где разводили племенной скот, и знала о спаривании все.

- Да, - со вздохом сказал Грейди, - я хочу тебя. - И приник к ней жадным поцелуем. Ее губы раскрылись, и он нерешительно коснулся их языком.

- О, Грейди...

- Извини, я...

- Нет. Не останавливайся. Поцелуй меня так еще раз. И он поцеловал Бэннер по-новому, да так, что у нее перехватило дыхание и закружилась голова. Но она испытала не облегчение, а еще больше напряглась и теснее прижалась к нему.

- Бэннер... - Рука Грейди скользнула с плеча к талии, наткнувшись на пышную грудь, и стиснула ее.

Ощущение, охватившее девушку, было столь неожиданным и сильным, что она в испуге оттолкнула его.

Грейди опустил голову и уставился на свои башмаки, жалкий и пристыженный.

- Бэннер... - начал он.

- Пожалуйста, не извиняйся, Грейди. - Услышав ласковый голос, он снова поднял голову. - Я сама хотела, чтобы ты трогал меня. И все еще хочу. Я знаю, девушкам не положено вести себя так, будто им нравятся.., низменные отношения в супружеской жизни... Я не хочу, чтобы ты плохо думал обо мне. Поэтому и остановила тебя.