- У Росса было много женщин до меня. Но после встречи со мной - нет. Я понимаю, как тебе сейчас больно.

- Думаю, Грейди не любил меня так, как папа любит тебя.

- Но кто-нибудь полюбит так, дорогая.

- Вряд ли, мама. - И девушка снова залилась слезами.

Когда Лидия ушла, Бэннер, лежа на кровати, смотрела невидящим взглядом в потолок. Необходимо разобраться в своих чувствах. Что сейчас острее - боль или злость?

Не исчезла ли ее любовь к Грейди в ту секунду, когда она узнала о его предательстве? Бэннер гневалась на него за то, что он опозорил не только ее имя, но и всю семью. Люди Ларсена долго не забудут этот день. Такова уж человеческая природа. И не важно, что Коулмены не виноваты. Грейди опозорил их так же, как и себя.

Бэннер охватила ярость. И это чувство было гораздо сильнее боли и обиды. Она не хотела, чтобы Грейди вернулся. Ни за что на свете. Девушка больше переживала за родителей, чем из-за него. Как постелешь, так и поспишь. Ничего лучше и не придумаешь для такого случая.

Может, она и не любила его так, как ей казалось? Если бы обман не раскрылся сегодня, Бэннер не узнала бы, какой у него слабый характер, и оставалась бы в блаженном неведении. И была бы любящей женой. В этом она не сомневалась, и это злило ее.

Девушка лежала, не замечая времени; лишь когда в комнате стемнело, она поняла, что уже вечер.

Внезапно, поднявшись с постели, Бэннер поклялась, что не станет прятаться от людей, поскольку ни в чем не виновата. Да будь она проклята, если позволит Грейди Шелдону и всем городским сплетникам одолеть ее!

Бэннер умылась холодной водой, чтобы никто не заметил, как у нее опухли от слез глаза, надела домашнее платье, пригладила волосы и спустилась вниз. Все собрались на кухне ужинать. Когда она вошла, разговор оборвался, и все с сочувствием посмотрели на нее. Даже дети Анабет замолкли. А чего они ожидали? Что Бэннер затворится у себя в комнате на всю жизнь? Станет беспомощной? Оденется в рубище? И превратится в тоскливую старую деву?