— Дать тебе мою палочку, Люциус? Мою палочку?
Некоторые из присутствующих сдавленно хихикнули.
— Я освободил тебя, Люциус. Тебе этого недостаточно? Но я заметил, что ты и твоя семья не кажетесь счастливыми в последнее время… Моё присутствие в твоём доме так угнетает тебя, Люциус?
— Нет… Никак нет, мой Лорд!
— Какая ложь, Люциус…
Казалось, мягкий голос шипел даже после того, как жёсткий рот перестал двигаться. Один или два волшебника едва подавили дрожь, так как шипение становилось всё громче; можно было услышать, как что-то тяжёлое скользит по полу под столом.
Огромная змея начала медленно подниматься по креслу Волдеморта. Она поднималась всё выше, на вид бесконечная, и, наконец, улеглась на его плечи. Её тело была толще, чем бедро человека, а глаза с вертикальными зрачками не мигали. Волдеморт рассеянно погладил её длинными тонкими пальцами, всё ещё глядя на Люциуса Малфоя.
— Почему Малфои выглядят такими несчастными среди своих сторонников? Разве моё возвращение, моя власть — это не то, чего они так желали все эти долгие годы?
— Конечно, мой Лорд, — пробормотал Люциус Малфой. Дрожащей рукой он вытер пот над верхней губой. — Мы желали этого… мы желаем.
Слева от Малфоя его жена одеревенело кивнула и отвела взгляд от Волдеморта и змеи. Справа от него его сын, Драко, пристально смотревший вверх на неподвижное тело, бросил быстрый взгляд на Волдеморта и снова отвёл его, опасаясь встретиться с ним глазами.
— Мой Лорд, — произнесла тем временем темноволосая женщина, сидевшая по центру стола; её голос прерывался от волнения, — это честь для нас, что Вы здесь, в нашем фамильном поместье. Большего удовольствия быть не может.
Она сидела рядом с сестрой, непохожая на неё как внешне, со своими тёмными волосами и тяжёлыми веками над глазами, так и поведением и манерой держать себя. В то время как Нарцисса сидела