— Большего удовольствия быть не может, — повторил Волдеморт, слегка наклонив голову, рассматривая Беллатрикс. — Это много значит — услышать такое от тебя, Беллатрикс.
Её лицо залилось краской, а глаза наполнились слезами восхищения.
— Мой Лорд знает, что я говорю чистую правду!
— Большего удовольствия быть не может… даже по сравнению со счастливым событием, которое, как я слышал, имело место в вашей семье на прошлой неделе?
Она уставилась на него, несомненно, сбитая с толку, её губы раскрылись.
— Я не знаю, что Вы имеете в виду, мой Лорд.
— Я говорю о вашей племяннице, Беллатрикс. И вашей, Люциус и Нарцисса. Она недавно вышла замуж за оборотня, Ремуса Люпина. Вы, должно быть, так горды.
Вдоль стола прокатился взрыв издевательского смеха. Многие наклонились, чтобы обменяться ликующими взглядами, несколько человек ударили кулаками по столу. Огромная змея, недовольная нарушением тишины, широко раскрыла пасть и злобно зашипела, но пожиратели смерти не услышали этого, столь обрадованные унижением Беллатрикс и Малфоев. Лицо Беллатрикс, недавно сиявшее от счастья, теперь покрылось безобразными красными пятнами.
— Она нам не племянница, мой Лорд! — закричала она, перекрикивая разыгравшееся веселье. — Мы — Нарцисса и я — никогда не обращали внимания на нашу сестру, с тех пор, как она вышла замуж за грязнокровку. Это отродье не имеет к нам никакого отношения, как и любое животное, ставшее её мужем.
— Что скажешь ты, Драко? — спросил Волдеморт, и хотя его голос был тихим, он отчетливо прозвучал среди свиста и насмешек. — Будешь нянчить щенков?
Веселье набирало силу. Драко в ужасе посмотрел на отца, который разглядывал свои колени, затем поймал взгляд матери. Она почти незаметно покачала головой и продолжила бесстрастно смотреть на противоположную стену.
— Хватит, — приказал Волдеморт, поглаживая недовольную змею. — Хватит.
Смех мгновенно прекратился.
— Многие древнейшие родовые древа со временем немного заболевают, — произнёс он.