Безбашенные, веселые откровения из дневника Джорджии Николсон

Смейтесь, только штаны не потеряйте!

Почему в моей жизни все наперекосяк?

• Мне нравится парень, а он встречается с одной дурой.

• У меня поцелуйная ломка — губы сами собираются бантиком.

• У меня большой нос, и мое место в кунсткамере.

Очень смешная книга.

«Бриджит Джонс» отдыхает…

«Санди Телеграф»

Книга посвящается моим фати и мутти, моей младшей сестренке и коту Ангусу.

Он, наверное, мурлычет сейчас на облаке в своем кошачьем раю — от него мне остался на вечную память шрамик на лодыжке.

А также привет Бренде и Джуд и остальной команде издательства Piccadilly Press.

Особое спасибочки Джону Николсону — за то, что у него та же фамилия, что и у моей героини.

У меня в комнате

За окном дождь

10.00

Джорджиально! (См. «Джорджиальные словечки») Вчера у нас был дядя Эдди, папин брат, и они на пару меня доставали. Дядя Эдди у нас — лысый пряник, и у него детсадовские шуточки, типа: «Как думаешь, Джорджи, нужно ли полировать лысину, чтоб она блестела?»

Так и хочется заорать: «Алло, мне четырнадцать лет, и я уже ношу лифчик. Понятно тебе, полированная лысина?».

Ага, грудь моя растет как на дрожжах. Правда, при моем нулевом, эта штука, то есть лифчик, норовит с меня сползти, тут главное — не бежать, идти спокойно, чтобы он не сбился в кучку.

Только не дай бог, грудь станет, как у мамы. По маминой линии (по женской — ха!) у нас в роду все грудастые — не грудь, а амбразура, или полка, на которую можно что-нибудь поставить. Что моя мама и делает, когда выпьет на вечеринке: ходит с бокалом и запасается сандвичами.