Мне бы нормальную грудь. А не такую, как у Мелани Гриффит из нашей школы. Я как-то увидела ее в раздевалке, сразу после физ-ры, так чуть не упала. У Мелани лифчик — как хозяйственная сумка с двумя отделами. У девчонки явно что-то не то с гормонами. Когда она бежала за мячом, так ее заносило в сторону. Я даже подумала, она проделает ими дыру в ограждении. Ужас! Не груди, а полновесные гири, как в шутку называет их Джас, моя ближайшая подруга.

Там же

Все еще дождь

Все еще воскресенье

11.30

И почему мне не разрешают поставить на свою дверь замок или хотя бы шпингалет? Аж обидки берут! Не комната, а проходной двор какой-то. Я вся изнылась, а родители ни в какую, только сокрушенно качают головой, словно китайские болванчики. И на все у них один ответ — нет и точка.

— Ну почему? — спросила я маму, пока она не убежала на свою очередную тусу или занятия итальянским.

— А вдруг с тобой что-нибудь случится? — сказала она. — Придется ломать дверь.

— Мам, ну что со мной может случиться?

— Всякое бывает. А вдруг тебе станет плохо?

— Или кровать загорится, — встревает папа, — а ты в это время будешь спать.

Они что, издеваются? Хотя, впрочем, понятно, в чем дело. Просто они не хотят, чтобы я взрослела. Ведь тогда им придется от меня отстать и заняться своей собственной жизнью. Они родили меня, чтобы мучить.

По-прежнему воскресенье

11.55

У меня все плохо. Целых шесть раз плохо. У меня шесть серьезных проблем.

1. Назрел прыщ, и я никак не могу от него избавиться. Это надолго.

2. Этот прыщ вскочил на носу.

3. У меня есть трехлетняя сестренка, и она… она… Черт! Она пописала у меня в ком-нате!..

4. Через две недели заканчиваются летние холики (См. «Джорджиальные словечки»). Здравствуй, концлагерь! Здравствуй, обер-фюрер фрау Симпсон и свора цепных псов по разным предметам.