– Ага! Знаю! Нам, гагарам, недоступно наслаждение пеньюарами! Ну скажи, зачем мне пеньюар на одну минуту в день?

– Почему на одну?

– А потому что стоит мне появиться перед тобой в обыкновенном халате на голое тело, как ты его с меня сдираешь! Двадцать пять лет подряд, между прочим!

– Так это все потому, что я все двадцать пять лет преданно и верно тебя люблю! – ответил Андрей и принялся расстегивать на ней домашнюю блузку.

– Андрюха, а как же картошка с укропчиком? – Вера, притворно рассердившись, оттолкнула руку мужа.

– А-а-а… – отмахнулся он и вернулся к ее пуговицам. – Подогреем потом…

– Таська придет!

– Не придет! Когда она приходила раньше двенадцати?

– Ой, Андрей, не нравится мне все это. – Вера уже без всякого притворства отстранилась от мужа. – Вляпается она куда-нибудь…

– Давай поговорим об этом попозже… Должна же быть у нас и своя жизнь, а, Верочка?! Хоть сейчас, когда дети выросли, и сами, наверно, там…

– Что сами?! Что там?!

– Ну… не знаю… Таське уже двадцать! Самый детородный возраст! Про Милку вообще молчу.

– Совсем с ума сошел, да?! – возмутилась Вера. – Таська… она еще совсем ребенок!

– А сама ты была ребенком, когда Милку родила?

– Именно что была! Иначе ни за что не сделала бы этого в двадцать один год! Гуляла бы еще свободной и гуляла!

– То есть как это свободной?! Ты что, жалеешь, что вышла за меня замуж?!

– Никогда не жалела! – искренне ответила Вера.

– Если бы мы не встретились, это было бы ужасно, правда? – опять очень интимно спросил Андрей.

Вера не могла не улыбнуться, что тут же и сделала, ответив:

– Правда…

И он поднял ее со стула и повел в комнату, где уже погас экран включенного в сеть компьютера. Там, в темноте, Андрей уже не стал тратить время на пуговицы, просто через голову стянул с Веры блузку. Потом спортивные бриджики. Белье она сняла сама, пока муж раздевался.