В то время как другие делали записи и пометки, вели дискуссии на бесконечных совещаниях, осторожно взвешивали все «за» и «против», Клафф действовал. Этот отчаянный человек не боялся принимать решения и не ждал всеобщего одобрения. Как, впрочем, и в случае провала он никогда не искал, на кого бы свалить вину. Одни называли его беспечным, другие восхищались присущей ему деловой хваткой. Но, судя по тому, что он воздвиг свою империю «Интерлит Дизайнс» практически на пустом месте, второе качество более подходило ему.

— Хм, я бы не стал заявлять столь категорично, но наличие в данной ситуации так называемой полноценной семьи автоматически сделало бы весь судебный процесс бессмысленным. Так что поторопись дать объявление в газету и пригласить на собеседование пару очаровательных карапузов.

И тут Чарльз Осмонд заметил, как напряглось лицо его собеседника. Да, пожалуй, он выбрал неподходящий момент для юмора. А сам Чарльз настроен был бы шутить, если б кто-нибудь у него самого попытался б отнять ребенка?

— Полноценная семья... — медленно повторил Квентин.

— Забудь, это не самое удачное предложение.

— Нет-нет! Иногда на ситуацию действительно нужен непредвзятый взгляд со стороны, чтобы указать на очевидное. Особенно, если нет другого выхода, — загадочно изрек Квентин, снова усаживаясь в кресло.

 «Интерлит Дизайнс» слыла одной из лучших компаний, занимающихся внутренним обустройством роскошных вилл, шикарных коттеджей, старинных особняков. И, естественно, интерьер нью-йоркского офиса, совсем недавно открывшегося в этом новом небоскребе, продумывал сам Квентин Клафф, который сейчас, положив руки на кожаные подлокотники, откинул голову назад и безмятежно созерцал бледно-розовые лепные украшения в виде ангелочков на потолке.

«Недопустимо соблазнительные» ресницы отбрасывали тень на высокие скулы и скрывали выражение глаз мужчины. Непосвященному наблюдателю он мог показаться расслабленным, но Чарли знал не понаслышке, что внешний вид его друга ох, как обманчив!