Наташа не могла сдвинуться с места... Лишь тогда, когда огонь сильно лизнул ей ногу, она выбежала на лестницу и закричала:
-Пожар! Пожар!
Все соседи, в чем спали, повыскакивали из своих квартир. Вовка-стиляга, схватив Наташу в охапку, выволок ее во двор. Крики, паника...
Пожар чуть не поднялся на второй этаж. Когда его наконец потушили, из квартиры прапорщика вынесли три обгоревших трупа. Все бросились успокаивать Наташу, но она кричала:
Это я подожгла! Я! Посадите меня в тюрьму! Мать Вовки, главный врач дома ребенка, сказала милиционерам, к тому времени подъехавшим на место происшествия вместе с пожарными:
Не обращайте внимания. Девочка умственно отсталая. Да еще и несовершеннолетняя.
Глава 5
Тем не менее следствие усмотрело следы поджога. На Наташу надели наручники. Ее посадили в камеру предварительного заключения. В камере сидели еще три женщины - две воровки, скрывающие под маской грубой бесшабашности страх перед тюрьмой, и изысканная красавица, никак не вписывавшаяся в здешнюю обстановку. При внешней хрупкости она была тверда, как кремень, и оказалась, что называется, главной. - Нюрка, уступи место у окна девочке! Быстро и без разговоров!
- Прямо щас! Только брови подщиплю!
- Не хами! Быстро встала и уступила место. Я два раза не повторяю.
Красавица привычным жестом достала сигарету и щелкнула зажигалкой, вполне соответствующей ее внешности. Такой вещицы Наташа никогда не видела. Когда зажегся огонек и одновременно запела птичка, у девушки почему-то забилось сердце. Она наконец избавилась от своих мучителей, которые лишили ее всего - юности, радости, дружбы, учебы. В голове у Наташи что-то щелкнуло вместе с зажигалкой, и теперь, когда она видела огонек, пусть это была горящая сигарета в ночи, радость и удовольствие разлились по всему ее телу - до кончиков пальцев. Это чувство она не могла сравнить ни с чем. Это было начало новой жизни.