Долли пренебрежительно пожала красивыми плечами.

Кристине показалось, что язык у Долли немного раздвоен на конце, как у настоящей змеи. Она заскрежетала зубами от бессилия. Когда бы Долли ни заговаривала о ее покойной маме, ее слова были полны презрения и превосходства. Первым порывом Кристины было возразить, заставить Долли надлежащим образом относиться к памяти матери, но печальный опыт подсказывал ей, что молчание досадит Долли гораздо больше. Тем не менее Кристина не смогла проглотить обиду и тихо пояснила:

— Ты же знаешь, Долли, что мама была серьезно больна. Если бы все сложилось по-другому, она бы непременно помогала отцу.

Долли высокомерно хмыкнула.

— Ну конечно же, твоя мамочка была просто святая. А ты... Ты сама все эти годы отравляла жизнь отцу, напоминая ему о его первой жене и пытаясь вызвать у него чувство вины за то, что ему выпало такое счастье — полюбить меня!

В холодных голубых глазах Долли появилось выражение нескрываемой злобы.

— Стив тоже так считает, — немного подумав, добавила она с вызовом.

Кристина поняла, что Долли опять открыто издевается над ней, и ее сердце сжалось от боли и обиды. Мачеха, казалось, не обращала никакого внимания на то, что девушка близка к обмороку, и продолжала как ни в чем не бывало.

— Стив считает, что твоему отцу несказанно повезло со мной!

Она доверительно улыбнулась Кристине, даже весело подмигнула ей, отчего девушке сделалось только хуже. Как обидно, как оскорбительно выслушивать рассуждения мачехи о Стиве, намекающие на то, что между ними существует близость особого рода, не доступная другим людям. Как больно выслушивать такие откровения о мужчине, в которого ты безумно влюблена!

Под окном дома стояла машина, чтобы отвезти Кристину в маленькую церквушку, дорогую ее сердцу тем, что в ней когда-то венчались ее родители. Неподалеку от церкви, на деревенском погосте, покоилась ее мама. Старый поверенный отца Тим Волби будет ее посаженым отцом на этой скромной свадьбе. Кристина со Стивом заранее решили, что не стоит устраивать большое торжество.