Итак, я въехала в город со смешанным чувством возвращения домой, предвкушения встречи с родиной и смутным страхом. Думаю, последним я была обязана Сильвии Стюарт и хотела поскорее преодолеть этот страх.

Мы свернули с широкой дороги. Улицы стали уже, извилистей. Дома саманного цвета — из настоящего самана или покрашенные под него — создавали вокруг свечение тусклого землистого оттенка под ярким солнцем. На площади, которая была центром города, радовала глаз зелень деревьев, и, когда мы ее объезжали, Сильвия указала мне на боковую улицу, в глубине которой располагался магазин «Кордова». Потом она свернула с площади и проехала мимо собора св. Франциска — здания из песчаника с двумя одинаковыми башнями, напоминающего о Франции. Я слышала об архиепископе Лами, который его построил и о котором написала Уилла Катер в книге «Смерть приходит за епископом».

— Мой книжный магазин на этой улице, — показала Сильвия. — Сегодня работает моя помощница. Ты должна заглянуть ко мне, когда сможешь. Теперь я тебя отвезу домой.

Домой! Вдруг у этого слова появилось новое звучание, несмотря на мою тревогу. Для меня оно означало конец поисков. Я тоже была одной из Кордова, и что бы ни говорила о них Сильвия, я с нетерпением ждала встречи с ними.

Мы обогнули Аламеду недалеко от того места, где когда-то кончался Великий путь, и поехали вдоль неширокой полоски зеленого парка над высохшим руслом реки, вверх по узкому гребню холма, который был дорогой к каньону, мимо студий и художественных галерей. Здесь старые саманные дома, некогда испанские резиденции, столпились вплотную друг к другу, разделенные только круглыми саманными стенами, за которыми располагались и сами дома и скрытые патио. Мы свернули на Камино дель Монте Соль, затем опять поехали вниз вдоль узкой улицы, окруженной старыми домами.

— Вон впереди видишь тот дом с бирюзовыми оконными рамами и воротами? — сказала Сильвия. — Это дом твоего деда. Наш дальше, за следующей стеной. Дом Хуана более старый, чем наш с Полом, — ему более лет.