— Неприязнь — это очень сложный вопрос. Во-первых, у Пола есть способность создавать неприятности. Держитесь от него подальше.

Что ж, может я буду держаться подальше, а может нет. В любом случае я сама буду решать.

Солнце светило, но воздух был прохладным, и я радовалась, что надела свитер.

— Здесь, наверное, довольно холодно ночью? — спросила я.

— Точно. Но Элеаноре холод нипочем.

Я хотела спросить — почему? Почему она уехала? — но его тон держал меня на расстоянии.

У маленького здания — места сбора посетителей — Гэвин припарковал машину, и мы вышли. Он посмотрел на мои туфли на низком каблуке, которые я надела в дорогу, и кивнул.

— Нормально. Тропинка не трудная и не длинная.

Узкая дорога была заасфальтирована, идти по ней было удобно. Она извивалась вдоль дна каньона. Меня опять охватило чувство, что этот мир мне совсем незнаком. Прямой каньон обрамляли крутые скалы, голые с одной стороны и покрытые лесом с другой, так что казалось, будто мы попали в широкий разрез, сделанный в земле. Справа к небу поднимались голые скалы, у их подножья высилась вулканическая скала, вся покрытая оспинами пещер, в которых жили индейцы, десятки пещер, и до них можно было добраться только карабкаясь по скале.

Гэвин заметил, что я смотрю на пещеры, и покачал головой.

— Если она здесь, она наверняка выбрала более легкий путь. Пойдем по тропинке.

Казалось, он был уверен, что хорошо ее знает, и не очень волновался.

Встречались остатки разрушенных кив — зданий, которые когда-то использовались для совершения религиозных обрядов и церемоний. Каменные руины древнего Пуэбло Туонуи образовывали круг с центральной площадью посередине. Когда-то они были высотой в три этажа, могли вместить более ста человек, так сказал мне Гэвин. В другое время я бы больше заинтересовалась всем этим.

Тропинка повернула к подножию скал и стала подниматься наверх, пока не поровнялась с пещерами и восстановленными скальными жилищами. Я запыхалась от подъема на непривычную высоту. Гэвин заметил это и замедлил шаг.