— В каком смысле?

— В прямом. Он схватил меня за волосы и притащил на задний двор. Якобы там была могила его первой жены. И тыкал меня лицом в эту землю, а мне казалось, я слышу запах мертвой плоти…

Тоня от неожиданности чуть не задохнулась. Так и сидела некоторое время с открытым ртом, пока не решилась спросить:

— Ты хочешь сказать, что твою предшественницу Грэг убил?!

— По крайней мере он мне так сказал.

— Может, пугал?

— Может. Но у него в саду в самом деле имеется некий холмик… Знаешь, я поверила, что это могила. И испугалась. Потом я все время чувствовала этот запах прелой земли с каким-то сладковатым привкусом.

— Постой, насколько мне известно, полиция у них четко реагирует на жалобы народа, пусть даже иностранцев. Ты могла бы позвонить или написать заявление… Представляешь, они бы приехали, раскопали этот холмик…

— И оказалось бы, что там ничего нет!.. Да и кто я такая? У них же первым делом смотрят документы. Грэг же, не будь дураком, сразу отобрал у меня паспорт и спрятал в сейф.

— Но это же демократическая страна… По крайней мере как мне всегда казалось… Неужели у тебя не было никакого выхода, кроме того как терпеть?

Вопрос у Тони прозвучал почти без выражения, и Надя, видимо, подумала, что подруга ей не верит. Она быстрым движением стянула с себя свитер и показала правую руку. От плеча и до запястья рука была желто-зеленая с фиолетовыми разводами. А потом сняла джинсы и показала такое же фиолетовое бедро.