— Ладно, — вежливо кивнул Майкл.

— Дай подумать… Наверное, я возьму ливер ной колбасы.

— Ливерной? Я терпеть ее не могу!

— Ну тогда банку консервированной спаржи.

— Фу, какая гадость!

— Хорошо, сойдемся на бобах в томатном соусе.

— Ну мама!

— А что? Отличный праздничный ужин: аппетитная ливерная колбаска, сочные бобы… Да! Чуть не забыла про десерт. Захвачу-ка я пирог с морковью. Если не ошибаюсь, ты его обожаешь.

— Меня от него тошнит! — состроил гримасу Майкл. — И вообще, разве этим угощают на детских праздниках?

— Ну, милый, тебе не угодишь, — притворно вздохнула Дарси. — Придется купить каких-нибудь отвратительно мерзких гамбургеров, гадких эклеров и противных слоек с шоколадным кремом.

Майкл просиял.

Чего Дарси и добивалась. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы ее ребенок был счастлив. Того же при жизни желал и Джон.

Джонни. Каким чудесным человеком он был. думала Дарси, сжимая баранку автомобиля. Все. кто его знал, разделяли это мнение. Только считали, что он свалял дурака, женившись на недостойной девице.

И что только заставило его навестить Дарси тем памятным днем девять лет назад? Тогда минуло уже около семи недель с момента отъезда Алека. Когда Джон постучал в дверь трейлера, ему открыла миссис Уолкер, которая от изумления даже попятилась.

— Господи Иисусе! — ахнула женщина, не привыкшая к столь важным визитерам. — Должно быть, вы?.. Дарси, к нам пришел мистер Бенинг!

Ее дочь в эту минуту находилась на крошечной кухне. При звуках дорогого имени сердце Дарси подскочило к горлу.

— Алек! — сказала она. — Алек…

Но, метнувшись к двери, она увидела Джона. Они знали друг друга в лицо, хотя беседовать им никогда не доводилось. Джон был на несколько лет старше Алека и работал в принадлежавшем их отцу банке. Дарси знала о нем лишь то, что он был полной противоположностью младшему брату.