Кожаное седло скрипнуло, когда женщина спешилась.

— Кэти Эриксон. Невестка Коула, — сказала она, протянув руку Сидни.

Та была удивлена силе ее рукопожатия.

— Сидни Уэйнсбрук.

— Очень приятно, — произнесла Кэти. Она с любопытством покосилась на Коула и снова обратилась к Сидни: — А что привело вас в Голубую Долину?

Сидни заметила предостерегающий взгляд Коула, но подумала, что терять ей нечего.

— Я приехала сюда, чтобы выйти замуж за Коула.

Он явно беззвучно ругнулся.

Кэти радостно взвизгнула, чем изрядно перепугала лошадь.

— Значит, ты все-таки утаил от нас правду.

— Она просто хочет заполучить брошь, — с отвращением произнес Коул.

Но его невестка не обратила никакого внимания на последние слова.

— Как долго вы знакомы? И где встретились? Он еще не сделал тебе предложение? — забросала она гостью вопросами.

— Я сделала ему предложение.

— Ей нужна брошь, — повторил Коул. — Она мошенница.

— Работница музея. Я хочу экспонировать брошь. И хочу выйти за него замуж.

— Она… — Коул досадливо взмахнул руками, развернулся и снова направился к лошади. — Забудь!

Кэти окликнула его:

— Не торопись, Коул! По-моему, очень даже неплохое предложение. Знаешь ли… ты не становишься моложе.

Он пробормотал в ответ что-то нелицеприятное. Кэти засмеялась, вновь обращаясь к Сидни:

— Из музея, говорите?

— Музей Метрополитен в Нью-Йорке, — чуть ли не шепотом ответила Сидни.

Может, Кэти выслушает ее и поможет повлиять на брата своего мужа?

— А как вы узнали, что брошь будет принадлежать его жене? — спросила Кэти.

— Я очень долго искала ее.

— А как узнали, что он еще не женат?

— Узнала. — Сидни вновь стала говорить громче. — Я думала о простой церемонии в здании суда.

— Понятно, брак по расчету, — кивнула Кэти.