– Знаешь, чем бы я занялся на твоем месте? – Он откинул прядь волос с ее лица и поцеловал в щеку. – Я занялся бы какой-нибудь общественной деятельностью. Это прекрасная возможность выбираться из дома и общаться с людьми…

– Да, котик, это было бы чудесно, но теперь, когда у меня появилась работа, я вряд ли выкрою время для общественной деятельности.

– Дорогая, но я подумал…

– Я знаю, о чем ты подумал. Мне кажется, я даже слышу, как в твоей голове вращаются колесики. Но запомни: ты уже пообещал мне работу! – Она погладила его по голове. – Мне всегда казалось, адвокаты умеют держать слово.

– Так, значит, ты будешь упрямиться и не уступишь мне?

– Нет, не уступлю. – Линни поцеловала его в переносицу. – Так куда ты хотел пригласить меня пообедать?

Уэс угрюмо посмотрел на нее, затем его рот растянулся в улыбке:

– Знаешь, какая ты? Ты очень красивая… Мы будем обедать дома, ты все равно не уступишь?

– Ну вот, я так и знала… – она сделала вид, что обиделась.

Но Уэс притянул ее к себе и стал покрывать ее лицо поцелуями. Почувствовав, как его рука проскользнула ей под рубашку, Линни мысленно улыбнулась. "Пожалуй, стоит каждый день ходить к нему устраиваться на работу", – подумала она.

2

Когда с Уиллом Гарольдсом случился сердечный приступ и он слег в больницу, Уэсу пришлось взвалить на себя и дела компаньона. Вот уже несколько месяцев, как ему катастрофически не хватало времени, он постоянно жалел, что в неделе всего семь дней, а в сутках двадцать четыре часа. Он прекрасно понимал, что Линни тоже тяжело: они ведь практически перестали видеть друг друга. Но Уэс дал себе слово, что постарается уделять ей побольше внимания, как только обстановка на работе уладится.

Уэс ворочался, стараясь устроиться на диване поудобнее. Линни пошла к какой-то подружке, и он остался дома один. Впрочем, он был даже рад возможности побыть наедине с самим собой; окажись сейчас рядом Мэри Линн, они бы еще, чего доброго, поссорились.