Зак проверил детское сиденье Эйми.

— Во-первых, у меня неотложная встреча в Монако. А во-вторых, я буду чувствовать себя увереннее, если мы сделаем тест в частной клинике. Усаживайся, — приказал он. — Мой пилот не может ждать весь день.

Фрея нахмурилась и неохотно села в машину. Ее раздражало все: ноющая боль в руке, раскалывающаяся голова и влияние Зака на ее тело и чувства. Она забилась в дальний угол салона и уставилась в окно.

— Тебе придется показывать мне дорогу до твоей квартиры, — произнес Зак, выезжая с территории больницы. — У тебя будет двадцать минут, чтобы собрать все необходимое. Вещи Эйми уже в машине, благодаря твоей бабушке, — сквозь зубы пробурчал он.

Фрея откинулась на спинку сиденья. Зак всегда получал то, что хотел.

Она тайком взглянула на него, и ее сердце сжалось. Когда-то эти сильные руки, что сейчас держали руль, трогали ее в самых интимных местах… Непрошеные воспоминания заставили девушку покраснеть. Ситуацию усугублял знакомый запах его одеколона, который дразнил и манил Фрею.

Все кончено, повторяла она, закрыв глаза. Признание Зака об операции даже порадовало ее. Теперь она, по крайней мере, понимала, почему он так бурно отреагировал тогда на известие о беременности.

С другой стороны, тот факт, что Зак не рассказал ей об этом обстоятельстве сразу, еще раз подтверждал, как мало она для него значила. Он и не собирался строить с ней семью. Для него она стала всего лишь очередной любовницей.

Но Эйми, без всякого сомнения, его дочь. Значит, операция не помогла. Иначе как это можно объяснить?

После рождения дочки Фрея сама собиралась провести тест на отцовство, но потом передумала. Если Заку они обе не нужны, то зачем заставлять его?

Фрея не могла позволить, чтобы ее малышка выросла с осознанием того, что отец никогда не любил ее и откупился от них деньгами. Эйми достойна лучшей участи.