Он считал, что поцелуй на базаре — ее инициатива? Ведь это его рука закрывала ей рот и просила попробовать ее на вкус.

— Вы определенно прочли не тот сценарий, пробормотала она.

В этот момент он поцеловал ее.

Эмили ощутила прикосновение его языка, разомкнула губы и поняла, что погибла. На нее обрушился океан чувственности.

Приведенная в состояние восторга огнем его губ, Эмили окунулась в мир, которого не знала. Мир, где правит чувственность и нет правил — только интуиция.

Казалось, Зак весь состоял из мускулов. Ее пальцы исследовали ширину его плеч, она изгибалась под ним. Боль в лодыжке временно забылась, когда она попыталась прильнуть к нему.

Ее желание усиливалось с каждой секундой.

Когда Зак вдруг прервал поцелуй, Эмили качнулась в его сторону, дрожа от избытка чувств. Она ощутила тоскливое разочарование, когда он остановился, и еще больше разозлилась на себя за то, что желала мужчину, который так мало отвечал ее идеалам.

Он приводил ее в исступление. Одно виртуозное прикосновение его губ — и она желала упасть к его ногам и клясться в вечной преданности. Она практически была готова ко всему и, если бы он не остановился, могла бы сделать все что угодно.

Как это произошло?

Как ему удалось заставить ее забыться снова? Забыть, что она в неволе?

Эмили попыталась говорить, но не смогла. Она смотрела на него затуманенными глазами, потеряв способность трезво думать от его умелого поцелуя, и в конце концов сказала:

— Думаю, мне все-таки нужен доктор.

Зак широко шагал по длинным коридорам, которые вели в комнаты отца. Его тело изнывало от желания, настолько сильного, что он подумывал снять одежды и войти в ближайший холодный фонтан, чтобы остудить кровь.