— Но я не знаю, где он и что происходит, — в растущем смятении она умолкла, с трудом сдерживая слезы. — Я должна попасть домой и выяснить, в чем дело. Вы должны отпустить меня.

— Вы не уедете, — он поджал губы. — Думаю, ваш брат догадывается о провале вашего с ним плана и о том, что вы еще в Казбане. Интересно, хватит ли у него мужества приехать и занять ваше место?

— Плана не было, — не веря в происходящее, Эмили покачала головой. — А вы так подозрительны.

— Я на это имею все основания, — принц достал из-за спины шнур, который Эмили вытащила из шторы в своей спальне.

— Это единственный способ выбраться из дворца, — покраснев, пробормотала она.

— Вы не думали о том, что есть дверь?

— Вы не позволили бы мне уйти через дверь.

— Я вообще не позволю вам уйти. — Зак пристально смотрел на нее своими порочными, сексуальными черными как смоль глазами. — Если вы убежите снова, я просто верну вас обратно. Лучше молитесь, чтобы ваш брат понял ошибку и решился ответить за свои дела.

С этими словами он бросил ей на колени шнур и вышел из комнаты.

Эмили, прихрамывая, ходила по огромной спальне, даже не замечая боли в лодыжке.

Как он мог выдвигать такие необоснованные обвинения?

Интуиция говорила ей, что у Питера происходит что-то серьезное.

Она должна что-то сделать. Но что?

Побег невозможен, и принцу, очевидно, чуждо сострадание, так что мольбы не помогут.

Что до нелепого разговора о гареме…

И тут ее сердце беспокойно екнуло. Отчаявшись, она подумала, что тактика обольщения могла бы сработать и ее просто необходимо отшлифовать, но она не умела соблазнять и даже не знала, как вести себя с мужчиной.

Обдумывая все это, она услышала крики маленького ребенка.

Эмили вздрогнула и взглянула на служанку, которая стелила ей постель.

— Айша, кто это плачет?

— Это Джамал, моя госпожа, — неохотно проговорила Айша. — Маленький племянник принца. Ему всего пять лет, и он очень нервный. Иногда ему снятся плохие сны. Слуги считают его трудным ребенком.