Она задержала руку на трубке, и принц насмешливо взглянул на нее.

— Что-нибудь не так? — спросил он спокойным голосом, выводящим ее из себя. — Вы не хотите звонить брату в присутствии посторонних? Но тогда нам будет трудно договориться о дальнейших действиях.

Эмили демонстративно подняла трубку и в гневе начала нажимать на кнопки.

С бешено стучащим сердцем она прижала трубку к уху. А что, если Питер откажется приехать?

Она слушала гудки и ощущала на себе пристальный взгляд принца.

Решив, что брат, возможно, еще в офисе, она набрала рабочий номер и наконец дозвонилась до секретаря. Однако краткий разговор только усилил ее беспокойство.

— Я не понимаю, — она начала паниковать. Где Питер? — Секретарь сказала, что он уехал на три недели, и не оставил контактного телефона.

Почему Питер уехал, ничего не сказав ей, даже не убедившись, что она благополучно вернулась из Казбана?

— Самое подходящее решение. — Губы принца насмешливо скривились.

Но Эмили было не до смеха.

— Что вы имеете в виду? — она повернулась к нему лицом. — Если вы думаете, что мой брат стал бы избегать ответственности, то вы ошибаетесь. Он, должно быть, решил взять отпуск или что-то в этом роде.

Но даже для нее это звучало не правдоподобно.

Какой отпуск, если у него проблемы с бизнесом?

Что-то здесь было не так.

Она с волнением покусывала губу, ее мозг прокручивал возможные неприятные сценарии.

Что-то случилось с ее невесткой Паломой?

Или с самим Питером?

Но если причина в этом, почему никто не позвонил ей? Ведь Питер знал, где она.

И тут она почувствовала себя совсем потерянной.

Питер — единственный родной для нее человек в мире, и, если у него проблемы, тогда она должна помочь ему, а значит, добраться до дома.

Терзаясь беспокойством, она посмотрела на принца.

— Это связано с деньгами, которые он должен вам?

— Расскажите мне об этом сами, мисс Кингстон, он неумолимо взирал на нее.