— Да как и большинство мужчин на свете. Видимо, как и девушки, которые пытаются поймать мужчину подобным способом.

— Девушка зачастую готова на аборт, лишь бы не потерять мужчину, — сказала Грейс. — Уж я-то знаю.

— Тогда почему Вилла этого не сделала?

— Потому что уже делала один и потом ужасно терзалась от чувства вины, её во сне преследовал убитый ей ребенок.

— Бог мой, я и не подозревал, что она способна на такие страсти!

— А должен был? — раздался чей-то голос.

Оба оглянулись и увидели темноволосую женщину с тусклым взглядом. Питер вскочил.

— Кэт, познакомься с Грейс. говорил тебе, зайдет кузина Виллы. Моя жена Кэт.

Женщины подали руки. Кэт казалась смертельно усталой, её рука была совершенно безвольной.

— Вы сестра Виллы, да? Как же вы так скоро оказались в Стокгольме? Вилла послала за вами?

— Нет, но она написала такое непонятное письмо, что решила прилететь…

— Господи Боже! Прилететь только из-за непонятного письма!

— Не только. Она не ответила на мою телеграмму, что совсем не похоже на нее. Впрочем, я могла бы приехать и только из-за письма. — Грейс было непонятно, почему эта женщина считает её поведение странным.

— Что за письмо? Вы мне ничего не говорили, — забеспокоился Питер.

— Да как-то к слову не пришлось. А это важно?

Грейс не собиралась раскрывать все секреты, по крайней мере, пока. Она взяла со стола бокал и проглотила залпом, словно умирая от жажды. Но почему темные глаза Кэт так неотрывно смотрят на неё поверх бокала?

— Вилла написала, что попала в безвыходную ситуацию, вероятно, она имела в виду беременность, — Грейс ответила Кэт не менее пристальным взглядом.

— Так оно и было, хотя она мне не говорила.

Грейс неприятно поразила бесстрастность её голоса. Неужели ей все совершенно безразлично? Какая разница с отзывчивым и любезным мужем!