Услышав шаги на лестнице, Грейс перехватила Польсона, пока он не успел уйти в университет.

— Можете уделить мне минутку?

Он серьезно и задумчиво посмотрел на нее.

— Вчера вечером я сделала открытие.

— Какое? — Его глаза за толстыми стеклами сверкнули.

— Нашла дневник Виллы.

— И он вас успокоил?

Грейс огорченно покачала головой.

— Я почти не спала. Вы скажете, что снова разыгралось воображение, но я уверена, что это не просто воображение. Я слишком хорошо знаю Виллу. С ней что-то случилось. Но что? Она явно боялась написать открыто.

— Грейс, дайте мне посмотреть дневник. — Он взял её за руку и до боли сжал своей сильной рукой. — Я был её другом. Если она в беде, я хочу ей помочь. Не меньше вас. Если вы мне откажете, тогда до свидания. Будьте здоровы.

И он стал спускаться вниз, но теперь Грейс сама схватила его за руку.

— Когда вы вернетесь?

— Только вечером, к сожалению.

— Я пойду на вечеринку к Синклерам.

— Только не задерживайтесь, возвращайтесь домой, и мы поговорим.

Грейс кивнула, у неё отлегло от сердца. Ночь была ужасной, полной кошмаров, порою она слышала даже волчий вой. Но волшебный рассвет, розовым золотом сияющий над притихшим городом, заставил её вздрогнуть, подойдя к окну. Теплый сверкающий розовый блеск зари — обман: вокруг все было холодным, как лед.

— Да, Грейс, и не болтайте на приеме лишнего.

— Но я уверена, как только все узнают, что я кузина Виллы, то станут говорить о ней.

— Вот и слушайте, что они говорят.

Когда Грейс появилась на приеме, зал был полон гостями. Питер Синклер, увидев её, зашагал навстречу с любезной улыбкой, так менявшей его заурядное лицо.