Над письмами Грейс успокоилась. Конечно, она и не заикнулась ни про королеву на чердаке, ни про охоту на лосей с самоубийством, ни про очки Виллы в грязи на берегу. Это отца бы слишком разволновало. И она писала, что ждет возвращения Виллы с мужем, потом приедет на несколько дней к нему и уединится, чтобы начать новую книгу. В Швеции сейчас для этого слишком мрачно — сыро, темно, и снегопад не за горами.

Теперь она снова стала самой собой — интеллигентной многообещающей писательницей с серьезными глазами, мягкими темными кудрями и чуть капризным ртом. Не слишком чувственная, но целеустремленная и умеющая владеть собой. Вот разве легкая дрожь, когда она надела костюм Виллы и её очки…

Потом Грейс перекусила, а там пришел и мастер поменять замок. Он поворчал про бессмысленность затеи — замок совсем хороший. Но Грейс объяснила причину, и он приободрился.

— Вы хорошо знаете город? — спросила Грейс, меняя тему. — Меня интересует дом с драконом на дверях.

— На площади?

— Возможно.

— Полагаю, это дом доктора Бейка.

Бейки в стриндберговском доме, Свен и Ульрика. Значит, Свен — врач. Как бы его увидеть? Если Польсон откажется, придется идти одной. Конечно, ничего не случится, но лучше бы все-таки пойти вместе с ним.

Но с Польсоном возникли осложнения.

— Вы предлагаете сказать, что забеременели от меня и я прошу избавить от ребенка? — Такой ярости она за ним никогда не замечала. — За кого вы меня принимаете?

Грейс вдруг обняла его за шею, — так ей понравилось его негодование. Запрокинув голову, она поглядела ему прямо в глаза.

— Ну что вы так серьезно, ну, пожалуйста…

Польсон силился вырваться из её объятий, и Грейс ничего не оставалось, как опустить руки.

Легко ему разыгрывать из себя джентльмена с безупречной репутацией. Он ведь не напуган до смерти, как она…И вообще не следовало его просить.

При виде её мрачного лица Польсон виновато улыбнулся.

— Поймите, Грейс, я никогда не стал бы просить мою девушку избавиться от ребенка.