Однако унять разбушевавшееся воображение оказалось ей не по силам. Утром все повторилось, она снова видела, словно наяву, все происшедшее с ней ночью. А последнее обсуждение документов, которые она подготовила для судебного заседания с Джонатаном Сент-Легером Смитом, предоставило ей прекрасную возможность пофантазировать еще немного.

Суть случившегося с ней сводилась к одному: после многих лет рутинных совокуплений и нескольких месяцев полного сексуального воздержания ее словно бы прорвало. Она сорвалась с цепи, как сучка во время течки, ей попала шлея под хвост, и она очертя голову ринулась в гущу плотских удовольствий, словно бы опасаясь, что ее вновь заточат в клетку.

— Мне представляется, что основой наших аргументов должны стать свидетельские показания строительного инженера, осматривавшего этот дом в 1994 году, — монотонно бубнил адвокат клиенту. — Нам важно доказать, что он не отметил в своей докладной записке вам никаких признаков возможной подвижки почвы…

Кейт ощутила легкое волнение и почувствовала, как трутся соски грудей о бюстгальтер, как набухает клитор, распирая срамные губы, как впиваются в промежность трусики. Она непроизвольно заелозила на стуле.

Едва за Томом захлопнулась входная дверь, она отчетливо осознала, что впредь не допустит, чтобы секс оставался в ее жизни на втором плане. И если раньше ей казалось, что ее тело не создано для смелых сексуальных экспериментов, то теперь ее мнение кардинальным образом изменилось. Отныне она уже не боялась использовать все свои возможности.

Ее клиент встал из-за стола и протянул ей руку. Она удивленно вытаращила глаза, не сразу сообразив, что происходит. Поняв наконец, что совещание закончилось, Кейт вымучила улыбку и пожала протянутую руку.